"Если пришли к Гандзюк, то могут прийти и за мной", - активист о личном мотиве в деле Гандзюк

«Херсонская полиция показательно саботировала, до смерти Кати (Екатерины Гандзюк, - ред.), расследования, когда стреляли в руководителя местного Нацкорпуса, а также избили депутата от Свободы Матковского и местного журналиста Никитенко. Никого не нашли», - об этом активист инициативы "Кто заказал Екатерину Гандзюк?" Роман Синицын в интервью Лига.net:

«По этим трем случаям не было проведено ни одного следственного действия до резонанса по Кате. Никитенко звонит следователю и спрашивает: "Когда будете меня допрашивать"? Отвечают, что потом и не поднимают трубку.

По словам Синицина, для него дело Гандзюк – дело с личными мотивами: «Если пришли к Гандзюк, то могут прийти и за мной. И никто за это не ответит – это самое страшное".

Понимаю, что могу быть следующим. Меня хлопнут, и никто за это не ответит. Это страшно. Вижу два выхода из создавшегося положения: эмигрировать или бороться. Я выбрал второй вариант.

Мне кажется, цель врагов – перебить проукраинских активистов в юго-восточных регионах. Их немного. Если бы хотели убить Устименко (Виталия Устименко, одесский активист, - ред.) или Никитенко (Сергей Никитенко, друг Екатерины Гандзюк, херсонский общественник и блогер – ред.) - их бы убили, как Вороненкова, а тут акции устрашения.

Херсон, в этом смысле, пример. Именно поэтому Катя и ее друзья, когда она была жива, настаивали, чтобы ее дело передали в главное следственное управление СБУ. Она тотально не доверяла полиции. Если бы началось настоящее следствие, то следователи вышли на своих начальников полностью или частично.

Когда Катю облили кислотой, в ответ на это группа лиц подебоширила возле херсонской прокуратуры и полиции. Ситуация получила огласку. По поводу нападений на активистов отреагировали в ООН и несколько иностранных посольств. Только после этого что-то зашевелилось».

На вопрос, «Теперь дело перешло к СБУ. К нему больше доверия?», Синицын ответил:

«Не больше, но МВД она вообще не доверяла. Мы считали, что дело Кати должно расследовать Служба безопасности, потому что нападения на активистов несут угрозу национальной безопасности. СБУ завели дело с квалификацией, "преступление против Гандзюк, совершенное работником правоохранительных органов с целью дестабилизации..." и так далее.

В Херсоне была стратегия: лепить из исполнителей заказчиков. Напомню, как полиция арестовала Николая Новикова и фейсбуком прокатилась волна победы. Геращенко, Аброськин писали, что поймали исполнителя. Журналисты нашли у него железное алиби – псевдоподозреваемый несколько дней был в запое на море и жил в палатке, когда напали на Катю.

Как только это разошлось, Новикова просто отпустили, как ни в чем не бывало. Представьте размер fuck-up полиции в таком резонансном преступлении! И никого из Херсонской прокуратуры или полиции не уволили.

Более того, начальник Херсонского областного главка Артур Мериков на День Независимости получил погоны генерала».

Напомним, в этом же интервью Синицын заявил: "Мы знаем, кто, кому и сколько передавал денег за нападение на Катю".

Напомним, активисты назвали имя предполагаемого посредника между заказчиком и исполнителями убийства Гандзюк. Его дом в Херсоне 7 ноября. Сам он отрицает свою причастность к этому делу.

31 июля мужчина облил Гандзюк серной кислотой. У нее пострадали туловище, рука и левый глаз. Всего на нее нападающий выплеснул около литра жидкости. 

Все 5 задержанных по подозрению в нападении на Гандзюк, были бойцами «УДА».

Некоторые добровольцы высказывает мнение, что Торбина, которого называют организатором покушения, могли подставить (его позывной «Опер»).

Генпрокурор Юрий Луценко считает, что в медленном расследовании нападений на активистов частично виноваты сами активисты, которые «сеют ненависть к власти».

А экс-начальник Херсонского облУМВД генерал Валерий Литвин считает, что нападение на Гандзюк – «чисто женское» преступление.

А депутат горсовета Херсона заявляет, что «за нападением на Гандзюк стоят люди очень высокого ранга».