Откровения предателя о следственном изоляторе Херсона

Заговорил кремлевский пропагандист и редактор киевской информационного агентства «РИА-Новости-Украина» Кирилл Вышинский, который по подозрению в государственной измене отсидел десять месяцев в следственном изоляторе Херсона. А потом его обменяли на украинских пленных. Теперь о жизни под арестом Кирилл Вышинский написал и обнародовал книгу с пафосным названием «Жил напротив тюрьмы... 470 дней в застенках Киева».

Санаторий для «мученика»

В Интернете ее может найти любой желающий, но если правда - писанина скучноватая. Поскольку переполнена давно дискредитированными московским агитками и славословьями в адрес Путина-Лаврова и их одиозных фейкометов - Дмитрия Киселева и Маргариты Симоньян. Гораздо интереснее исповедь автора о херсонском периоде его пребывания в СИЗО. Ведь российские пропагандоны в то время громко возмущались, что «узника совести» держат в невыносимых условиях, и подвергают пыткам, по которым у Кирилла Вышинского якобы начался тяжелое расстройство здоровья. И с опуса «страдальца» становится понятно, что все было с точностью до наоборот. Оказывается, в камере подозреваемому в государственной измене жилось значительно комфортнее, чем другим заключенным, которые народ не предавали.

Итак, читаем о первом знакомстве с пенитенциарным заведением. «На въезде со мной лично поговорил начальник оперчасти. Сказал, что меня не стоит смешивать с общей массой. И я буду размещен в камере для бывших сотрудников силовых структур. В ней на тот момент было всего по пять человек, а в других по десять и больше, - рассказывает пропагандист. - Бытовые условия были лучше, контингент приличнее. И именно сюда приводили представителей различных гуманитарных организаций. Здесь были бойлер и душ». Условия пребывания в СИЗО Херсона Кирилл Вышинский сравнивает с пребыванием в обычном студенческом общежитии. С тем преимуществом, что в общежитии «на халяву» не кормили. «Лучший хлеб из всех трех тюрем, где мне пришлось был в херсонской тюрьме. Там можно получить что угодно - были бы деньги и связи», - признается «мученик». Из книги узнаем: в камере к его услугам был телевизор, богатый выбор художественной литературы, во время прогулок никто не препятствовал «качаться» на спортивных снарядах. Писал письма, передавал их на волю через адвоката, затем обращение печатали промосковские издания - полная свобода слова.

О пытках

А ведь были пытки? Конечно! «Свет в камере на ночь не выключали. Только вместо центрального включалось дежурное освещение. Несколько раз было так, что контроллер, который дежурил в коридоре, просто забывал выключить верхний свет. Спать приходилось при свете», - сообщает «узник совести» о своих «невероятных страданиях».

«В целом в нашей камере была комфортная обстановка», - признает Кирилл Вышинский. Общий язык с уголовными преступниками предатель также нашел сразу - свой потянулся к своему. «Интересовались мной и люди так называемого блатного мира. Они почти сразу предложили мне свою помощь ..., - откровенен Кирилл Вышинский. - Если даже охранники вели себя вежливо и с пониманием, то сокамерники тем более».

После непродолжительного пребывания в СИЗО Киева и Одессы следственный изолятор Херсона автор книги вспоминает чуть ли не с ностальгией - санаторий, и все. Истории о «мученичестве узника совести», которые в то время тиражировали кремлевские СМИ он предусмотрительно в своем произведении не комментирует. Как бы там ни было, администрация нашего СИЗО действительно должна быть благодарна ему за бесплатную рекламу, еще и международного уровня.

И мозолит вопросик: а почему же украинским гражданам, при разных обстоятельствах восторженным кремлевскими пособниками, в российских тюрьмах и колониях не создают такие же «райские условия» - их бьют, пытают, и даже не думают предоставлять какие-то бытовые привилегии? Они попадали в больницы с истощением и нервными расстройствами, объявляли голодовку, в то время, как Вышинский за решеткой перебирал харчами - где хлеб лучше, где хуже. А должен просто радоваться лишнему куску, полученному за счет преданного им же государства.